Эссе Михаэля Пребстинга, Революционная Коммунистическая Интернациональная Тенденция (RCIT), 6 июня 2025 г., http://www.thecommunists.net
Предисловие
Углубление капиталистического кризиса после Великой Рецессии 2008-2009 годов ускорило упадок американского империализма и, вместе с тем, помогло с поднятием Китая и России как новых Великих государств. [1] Результатом этого процесса явилось ускорение межимпериалистической борьбы и конец глобального капиталистического порядка, установленного после 1945 года и, соответственно, после 1991 года. США больше не являются мировым гегемоном, и даже их отношения с западными союзниками в Северной Америке, Западной Европе и Восточной Азии стали напряженными. [2]
В силу такового развития событий мы увидели большой рост вооруженных конфликтов и гонку вооружения. Для нескольких примеров последних трех лет мы указываем на войну России против Украины [3], израильский геноцид в Газе [4], меньшая, но потенциально взрывоопасная вооруженная конфронтация между ядерными державами Индией и Пакистаном [5], крупномасштабные гражданские войны в Судане, Эфиопии и Мьянме, между рядом государств. [6]
Без сомнения, межимпериалистическая вражда, прежде всего между США и Китаем, движется в сторону полномасштабных конфликтов и Третьей мировой войны, если международный рабочий класс не остановит их вовремя.
Все эти события делают антиимпериализм и борьбу против реакционных войн ключевыми вопросами стратегии и тактики для современных марксистов. В прошлые годы мы постоянно сталкивались с важностью различать войны угнетения и освободительные войны, со сложными случаями войн с противоречивым характером, а также с программой революционного поражения и поддержкой справедливых войн угнетенных народов. [7]
Однако в этом эссе мы должны рассмотреть более подробно один конкретный аспект этого ряда вопросов, который мы считаем особенно важным в текущем периоде: политическая психология социал-шовинизма. Социал-шовинизм, то есть капитуляция самозванных левых сил перед реакционным национализмом правящего класса, постоянно являлась значимой чертой реформистских партий, а также приспосабливавшихся к ним центристских организаций.
Это более актуально в периоды, когда в общество неожиданно «ниоткуда» обваливаются потрясения войны. В последние несколько лет мы видели такие события, как политика локдаунов большинства правительств по всему миру во время кризиса COVID 2020/2021, путинское вторжение в Украину или, более недавний пример, вооруженное нападение Индии на Пакистан. Во всех этих примерах большая часть так называемых социалистических или коммунистических сил собиралась на стороне правительств и поддерживала их реакционную политику, то есть им вообще не удавалось занимать принципиальную, интернационалистскую позицию.
Поскольку мы вошли в период ускорения кризисов и катастроф, народные массы все больше будут сталкиваться со схожими ситуациями. Поэтому для марксистов крайне важно понять политическую психологию социал-шовинизма и политически подготовить рабочий авангард для подобных катастрофических потрясений, чтобы устоять перед неизбежным давлением шовинизма. Поскольку мы несколько раз рассматривали политику социал-шовинизма и стратегию революционного поражения, то мы ограничим себя скорее кратким результатом анализа и сфокусируемся на субъективной стороне проблемы.
1. Какова объективная роль социал-шовинизма?
Для того, чтобы лучше понять проблему, необходимо подойти к ней с разных сторон. Давайте сначала начнем с объективной роли социал-шовинизма. В разделе «Что такое социал-шовинизм» в известной брошюре «Социализм и война» лидеры большевистской партии дали следующее определение: «Социал-шовинизм есть защита идеи
«обороны отечества» в данной войне, повторение буржуазного обмана против пролетариата».[8]
Иными словами, социал-шовинизм является поддержкой шовинистической политики руководящего класса под баннером социализма. Такая социал-шовинистическая политика проявляет себя в поддержке:
* идеи «защиты отечества» империалиста или реакционной войны руководящего класса,
* военных бюджетов и вооружения,
* санкций или тарифов против империалистических конкурентов или полуколониальных стран,
* помощи тем или иным способом агрессии против полуколониальных стран или угнетению других наций, национальных меньшинств, мигрантов и т.д.
Такая поддержка может принимать различные формы: от открытой, нескрываемой поддержки подобно полному одобрению целей руководящего класса, голосованию за них в парламенте или участию в шовинистических публичных митингах и т.п.
Социал-шовинизм иногда открыто пытается собрать рабочий класс вокруг целей буржуазии, иногда он помогает руководящему классу смущением и парализовыванием народных масс.
Мы приведем несколько примеров за последние два десятилетия для иллюстрации таковых разных форм социал-шовинизма. Когда Путин вторгся в Украину в феврале 2022 г., все крупные сталинистские партии – КПРФ, РКРП и ОКП – поддержали российскую армию, а большинство центристов заняли нейтральную позицию и отказались от защиты полуколониальной Украины. Подобное произошло в Индии в апреле/мае 2025 г.: когда шовинистское правительство Моде начало вооруженную агрессию против Пакистана (как «ответ» на террористическую атаку в Пахальгаме), крупные реформистские партии — CPI(M) и CPI — полностью поддержали эту политику. Экс-маоистско-реформистская CPI(ML) делала то же самое в более скрытой форме.
Во Франции (и Западной Европе в целом) большинство «социалистических» и «коммунистических» партий собрались вокруг реакционных исламофобных кампаний («Je Suis Charlie», антимусульманские законодательства и т.п.) и поддержали (или отказались осудить) военные вторжения в Западную Африку, а также в Сирию и Ирак. [9]
В 2001 году Коммунистическая партия Франции (КПФ) была даже частью правительства Жоспина, когда он присоединился к американской вооруженной агрессии и, как следствие, оккупации Афганистана. Хотя большинство левых сил не поддерживали откровенно империалистическую оккупацию, продолжавшуюся два десятилетия, только незначительное меньшинство осмелилось поддержать афганское сопротивление против войск НАТО. [10]
Другой формой социал-шовинистической политики является поддержка «жёлтых» профсоюзов, а также поддержка права на существование израильской колониалистской страны (решение о двух государствах). [11]
Материальный классовый базис для защиты империалистического отечества
Наконец, что есть материальный класс социал-шовинизма? Это интересы рабочей бюрократии, то есть слоя, царящего в профсоюзах и реформистских партиях, а также их социальный базис — рабочая аристократия (привилегированная прослойка верхов рабочего класса). Это именно эти слои, потому что они заинтересованы в сотрудничестве с руководящим классом и расширении своих привилегий за счет поддержки шовинистической политики против государств-конкурентов, против угнетенных народностей и мигрантов. Ленин писал:
«В чем состоит экономическая сущность обороны во время войны 1914—1915 гг.? Буржуазия всех великих держав ведет войну в целях разделения и эксплуатации мира, в целях угнетения народов. Небольшому кругу рабочей бюрократии, рабочей аристократии и мелкобуржуазных попутчиков могут попасть некоторые крохи от больших доходов буржуазии. Классовая подложка социал-шовинизма и оппортунизма одна и та же: союз небольшого слоя привилегированных рабочих со своей национальной буржуазией против масс рабочего класса, союз лакеев буржуазии с ней самой против эксплуатируемого ею класса. Сотрудничество классов, отказ от диктатуры пролетариата, отказ от революционных действий, безоговорочное признание буржуазной законности, недоверие к пролетариату, доверие к буржуазии. Социал-шовинизм – прямое продолжение и завершение английской либеральной рабочей политики, миллионеранизма и бернштейнианства». [12]
В итоге, что общего во всех единичных позициях социал-шовинистических сил? Рабочая бюрократия и аристократия видят свои интересы ближе к «своему» правящему классу (с которым они спаяны многочисленными связями), чем к международному пролетариату и угнетенным массам.
2. Субъективная физиогномика социал-шовинизма
Поскольку целью этого эссе является лучшее понимание социал-шовинизма и разработка стратегии противостояния ему, мы должны подробно обсудить главные аргументы, которые выставляют адвокаты социал-шовинизма.
В базисе социал-шовинизм разделяет с открытым буржуазным шовинизмом объективную сущность – защиту реакционного буржуазного государства против его конкурентов, а также против угнетенных народов. Однако легко понять, что социал-шовинистические силы не могли бы смутить и привлечь прогрессивных рабочих, если бы они просто повторяли реакционные идеологемы «превосходства» германской, русской и т.д., соответственно, «белой расы», или христианской, индуистской религии. Социал-шовинизм привязывает защиту рабочих интересов к поддержке их национального государства (или, соответственно, Европейского Союза в случае европейских реформистов).
Здесь следует обратиться к идеологическим аргументам реформизма на его ранних стадиях. На Штутгартском конгрессе II Интернационала в 1907 году произошли жаркие прения относительно колониальной политики. Пока левое крыло марксистов принципиально противостояли колониализму, составлявшие уже огромную часть европейских делегатов – реформисты и центристы – выступали в поддержку колониальной политики «при определенных условиях». Григорий Зиновьев, ближайший товарищ Ленина в 1908-1917 годы, писал об этих прениях в эссе, написанном во время Первой мировой войны: Центральный пункт ревизионистского движения таков: «Конгресс находит, что польза или необходимость колоний в целом, и особенно для рабочего класса, сильно превышены. Однако он отвергает (…) не принципиально и во все времена любую колониальную политику, но соглашается с той, которая может иметь цивилизационный эффект под социалистическим режимом» (Протоколы Штутгартского Конгресса, стр. 24). Далее следуют добрые слова о чрезмерном закрепощении колоний; социал-демократические депутаты призывают бороться против «текущих методов колонизации» (только против текущих), поддерживать реформы «для этих целей» и так далее. И наконец, резолюция, чтобы совратить нерешительных пацифистов, предложила что-то вроде зловещего разоружения и арбитражных судов. «Для этой цели депутаты социалистических партий должны предлагать своим правительствам заключение международного договора для установления колониального права, защищающего права коренного населения, взаимно гарантируемого странами-подписчиками» (стр. 24) Если игнорировать расплывчатые, для вида социалистические фразы, ревизионистская программа на самом деле приемлема для хоть какого национал-либерального империалиста. Улучшать, реформировать и совершенствовать колониальный грабеж — ни один разумный буржуа не будет противиться этому. Марксисты (меньшинство в комиссии) сосредоточили свой главный удар на первом главном пункте ревизионистов, который мы процитировали выше. Они требовали удаления этого пункта (а также последнего пацифистского пункта, который мы также приводили) и замены первого абзаца следующим: «Конгресс считает, что капиталистическая колониальная политика, по самой своей природе, будет вести к закрепощению и принудительному труду, или даже истреблению коренного населения колониальных территорий. Цивилизационная миссия, к которой обращается капиталистическое общество, служит только ее желанием приобретать и эксплуатировать»»[13]
Нетрудно заметить в этой резолюции социал-шовинистическую концепцию европейского превосходства, которая имела бы «цивилизационный эффект» для «дикарей» в колониях. Сегодня капиталистические идеологии развились дальше (как и сам капитализм) и шовинисты не могут использовать те же аргументы, что и столетие назад. Однако суть остается прежней.
Мы покажем это на нескольких современных концепциях, выражающих идеологию социал-шовинизма.
«Защита нашей культуры» и «превосходство наших ценностей»
Во Франции большинство левых позорно поддержало запрет на хиджаб для мусульманских женщин в школах (и все больше во всех публичных местах). Также они поддержали правительственную кампанию против «исламского сепаратизма», то есть лозунг, под которым власти запрещали мусульманские ассоциации и закрывали мечети. [14]
Когда учитель-расист Сэмюэль Пати был убит из мести 18-летним чеченским юношей в октябре 2020 года, Макрон начал злобную исламофобскую кампанию. Коммунистическая партия Франции присоединилась к публичным митингам, организованным правительством, а также призвала к защите «фундаментальных ценностей Республики»: свободу выражения, совести и права критиковать любую религию; равенство между гражданами независимо от их происхождения, религий или личных убеждений. Этот исламистский терроризм имеет одну цель: распространять террор на всех, нападать на демократию и школы. (…) С этой угрозой нужно искренне сражаться. (…) Проповедники ненависти, призывающие к убийству фанатики, джихадисты обязаны быть привлечены к ответственности, обезврежены, строго осуждены. (…) Это означает, что они должны быть выданы государственной власти, разведке, полиции и судам для препятствия кампаниям ненависти, например против Сэмюэля Пати аж до его убийства». [16]
Жан-Люк Меланшон, лидер La France Insoumise, изложил схожий подход. Он использовал чеченское происхождение Абдуллы Анзорова, убийцы Пати, для своего отвратительного нападения. Он сказал: «Столкнувшись с исламистским терроризмом, нужно отвечать очень точно. Есть совсем очевидная неувязка с чеченским обществом во Франции. Чеченцы, активные в политическом исламизме в соцсетях, должны быть найдены и изгнаны». Более того, он назвал войны русского империализма против Чечни в 1994-1996 и 1999-2009 годах «религиозными гражданскими войнами» и осудил правительство за принятие во Франции чеченцев, участвовавших в этих ужасных войнах. [17]
На самом же деле, в контрасте со схожей шовинистической истерией, «исламистские террористы» убили лишь совсем малое число людей в Европе и США по сравнению с количеством людей, убитых империалистическими силами в мусульманских странах за последние два десятилетия. Россия убила между 200 и 300 тыс. чеченцев за две войны [18], десятки тысяч гражданских были убиты во время оккупации Афганистана силами НАТО [19], так же и американо-британская оккупация Ирака привела к смертям сотен тысяч гражданских. [20] Другими словами, империалисты являются гораздо более опасными и смертоносными террористами. Каков же циничный социал-шовинизм, что все эти реформистские партии собрались вокруг флага империалистической республики, но в то же время отказываются становиться на сторону всех этих народов, борющихся против иностранной оккупации (или хуже, поддерживали такую оккупацию)!
Мы должны также отметить, что в то время как реформистские левые во Франции в частности настойчивы в навязывании своих ценностей мигрантам, руководство этих левых (включая коммунистов из КПФ) также отличилось, гордо нося патриотический трехцветный баннер на публичных мероприятиях. Большинство реформистов и левых центристов Европы разделяют этот подход в принципе.
Схожий подход к таковой «защите нашей культуры и ценностей» — это поддержка социал-шовинистическими партиями государственной политики принуждения мигрантов к исследованию языка и к прохождению тестов на ценности таковой страны. [21]
В реальности такой подход ничто иное, как современная версия «цивилизационной колониальной политики» ревизионистов второго Интернационала. Естественно, это правда, что патриархальные структуры и культура есть в мусульманских обществах. Но это правда для всех обществ при капитализме. И какого чёрта западная культура должна быть выше, если в ней есть своя доля женоненавистничества и изнасилований (известные символические фигуры — Эпштейн, Вайнштейн и братья Тейт), а также где сексуализация женского тела это неотъемлемая черта, а среди разных слоев мужчин распространена практика попыток накачать женщин в ночных клубах различными веществами с целью дальнейшего изнасилования? Ленин однажды отмечал относительно циничного характера империалистического восхваления своей «цивилизационной колониальной политики», что Великие государства «цивилизуют их [колониальные народы – прим. ред.] распространением алкоголя и сифилиса». [22] Эти слова не потеряли своей значимости и сегодня!
«Защита наших рабочих мест и стандартов жизни»
Другой аргумент, поднимаемый социал-шовинистами для защиты своей политики, это то, что поддержка тарифов против импорта из других стран или строгий контроль миграции спасет рабочие места или стандарты жизни. Некоторые руководители профсоюзов в США сейчас поддерживают трамповскую агрессивную тарифную политику. Подобно этому, многие руководители профсоюзов в Западной Европе призвали свои правительства поддержать свою промышленность финансовой помощью, тарифами и т.д.
Реформистские и центристские партии обычно также против «нерегулируемой» миграции и призывают к строгому контролю границ. Известный пример таковой политики – забастовка British Jobs for British Workers («британские рабочие места для британских рабочих») в 2008 году. К этому моменту английские рабочие нефтезавода Линдсы хотели остановки найма мигрантов. Эта реакционная забастовка получила поддержку профсоюзной бюрократии и нескольких псевдотроцкистских организаций типа CWI и IMT.
Французская КП является другим примером такого антимигрантского социал-шовинизма. Ее противостояние «слишком большой миграции» привело к критике «либеральных соглашений ЕС», разрешающих свободу передвижения внутри ЕС. В начале 1980-х руководители КПФ даже организовали нападения с бульдозерами на дома «нелегальных мигрантов». [23]
Неудивительно, что рабочая бюрократия и аристократия хотят защитить свои позиции против более дешевой рабочей силой. У них отсутствует интернационалистская перспектива, поэтому интересы слоев рабочих «их» страны (оплачивающие зарплату такой партии и руководителям профсоюза) им гораздо ближе, чем интересы «иностранных» рабочих ( которые не могут голосовать на выборах, а также не имеют высокой зарплаты).
Фактически даже не возможно представить, что страна может быть полностью изолирована от миграции, это полная иллюзия. Дешевая иностранная рабочая сила существовала в империалистских странах почти всегда, с самого начала XX века, и даже в период нацистов, когда иностранные рабочие составляли около 20% рабочей силы в Германии.
Социалисты не противостоят, а даже поддерживают интернационализацию пролетариата, поскольку это может помочь преступить национальную сосредоточенность и снизить империалистический аристократизм среди верхнего слоя рабочих в богатых капиталистических странах. Цель рабочего движения в империалистических странах состоит в отказе защищать привилегированную позицию своей страны по цене людей из более бедных стран. На практике национально-сосредоточенная стратегия «защиты интересов местных рабочих» против интересов рабочих-мигрантов обречена на провал, поскольку она только разделяет пролетариат и поэтому помогает капиталистам использовать мигрантов как дешевую рабочую силу против коренных рабочих. Отсюда, социалисты должны стремиться к интеграции этих мигрантов в рабочее движение и заставлять капиталистов и, соответственно, государство выплачивать им такие же зарплаты и предоставлять такие же преимущества, которые имеют местные рабочие.
Такая программа основывается на революционном подходе, разработанном Коммунистическим Интернационалом времен Ленина и Троцкого. Эта позиция была разработана в «Тезисах по Восточному вопросу», принятым Четвертым конгрессом Коммунистического интернационала в 1922 году. Этот документ недвусмысленно заявляет: «Перед лицом грядущей угрозы, коммунистические партии империалистических государств — Америки, Японии, Британии, Австралии и Канады — обязаны не просто вести пропаганду против войны, но обязаны делать все возможное для устранения факторов, дезорганизующих рабочее движение в собственных странах и помогающих легче капиталистам эксплуатировать национальные и расовые антагонизмы. Эти факторы являются вопросом миграции и вопросом дешевого «цветного» труда. Большинство «цветных» рабочих, приехавших из Китая и Индии на сахарные плантации в южной части Тихого океана, до сих пор набираются в систему кабального труда. Этот факт приводил рабочие империалистические страны к требованию введения законов против миграции и «цветного» труда, как в Америке, так и в Австралии. Эти ограничительные законы усугубляют антагонизм между «цветными» и белыми рабочими, который разделяет и ослабляет единство рабочего движения. Коммунистические партии Америки, Канады и Австралии должны вести энергичную кампанию против ограничительных миграционных законов и объяснять пролетарским массам этих стран, что такие законы, разжигая расовую ненависть, возвратятся бумерангом в перспективе. Капиталисты против ограничительных законов в интересах свободного ввоза дешевой «цветной» рабочей силы и, как следствие, снижения заработной платы белых рабочих. С намерением капиталистов перейти в наступление можно правильно бороться только одним способом – рабочие-мигранты должны присоединиться к рядам текущих профсоюзов белых рабочих. Одновременно должно быть поднято требование к тому, чтобы зарплата «цветных» рабочих была поднята на одинаковый уровень с зарплатой белых рабочих. Такой ход со стороны коммунистических партий выставит намерения капиталистов и в то же время ярко продемонстрирует «цветным» рабочим, что у международного пролетариата нет расовых предрассудков». [24]
«Защита нашего отечества против иностранных угроз»
Социал-шовинистические нынешние партии часто одалживают ценности буржуазного либерализма, но использование наиболее грубых националистических идей для них тоже не чуждо. Коммунистическая Партия Российской Федерации (КПРФ), под управлением Геннадия Зюганова, повсеместно обличала себя открытым и нескрываемым патриотизмом и поддержкой империализма. [25] В своей программе, принятой в 2008 году, она призывает защищать русскую нацию (включающую русские меньшинства, живущие в других странах) и оплакивает якобы «геноцид великой нации»: «Партия борется за единство, целостность и независимость Отечества, за воссоздание братского Союза советских народов, благополучие и безопасность, нравственное и физическое здоровье граждан (…) [также борется за] обеспечение территориальной целостности России и защиты соотечественников за границей; (…) Не затухают пожары межнациональных конфликтов. Крайнюю остроту в годы реставрации капитализма приобрёл русский вопрос. Сегодня русские стали самым крупным разделённым народом на планете. Идёт откровенный геноцид великой нации. Численность русских уменьшается. Уничтожаются исторически сложившиеся культура и язык. Задачи решения русского вопроса и борьбы за социализм по своей сути совпадают». [26]
Как следствие, КПРФ постоянно сотрудничала с путинским режимом и поддерживает войну против Украины. Когда украинской армии удалось освободить часть оккупированной российскими захватчиками территории осенью 2022 года, Зюганов выступил с тревожной речью в Государственной Думе, где он заявлял, что идет
война, и у нас нет права проиграть. Не паникуйте сейчас. Нам нужна полноценная мобилизация страны, нам нужны совсем другие законы». [27]
Греческая KKE – ведущая сила посреди так называемых ортодоксальных сталинистских партий – разделяет схожий подход в проповедовании шовинизма в нескрываемой форме. В период противоречий между Грецией и Турцией в 2018 году генеральный секретарь KKE Димитрис Куцумбас говорил на публичном митинге в Тесалониках: «Мы, как коммунисты, будем, как всегда делали в своей столетней истории, стоять в первых рядах на защите нашей территориальной целостности. Мы это делаем для того, чтобы любой иностранный злоумышленник, смеющий атаковать Грецию, был уничтожен». [28] Это был не единичный случай, но скорее жестокое проявление той цели, которой KKE даже следует за своей собственной официальной программой — бороться «за защиту границ, суверенные права Греции». [29]
Другим примером грубого греческого шовинизма является странный отказ в любых правах македонского народа. KKE позорно поддерживали долговременную позицию буржуазного правительства по отказу признавать Македонскую Республику. Они даже доходят до того, что просто отрицают само существование македонской нации! «Исторически сформированная македонская нация, македонская этничность, македонский язык, составляющие основу ирредентизма и поднимающие вопросы существования национального меньшинства, претензий и защиты своих прав, просто не существуют». [30]
Реформистские левые Индии – это второй жизненный пример подобного социал-шовинистического ответа на якобы «иностранную угрозу». После пахальгамской террористической атаки 22 апреля этого года, шовинистическое правительство Моди начало вооруженную агрессию против Пакистана. [31] Коммунистическая партия Индии (марксистская) (CPI(M)) — подобно второй реформистской массовой партии, CPI — полностью поддержала реакционную политику агрессии Моди и призвали к наказанию «террористов» в Пакистане: «Виновные в ужасном преступлении должны быть обнаружены и наказаны. Полиция и силы безопасности под Центральным правительством. Центральное правительство должно камня на камне не оставить в деле привлечения к справедливости сил, ответственных за коварное нападение. Виновные в преступлении являются врагами нации и тем более кашмирского народа. Центральное правительство должно расследовать все аспекты нападения, включая недостаточный уровень безопасности в местах массового скопления туристов. CPI(M) стоит бок о бок с народом Индии во время трагедии против экстремистских фундаменталистских сил». [32]
В то же время эти социал-шовинисты не произнесли ни слова против жестокой государственной террористической оккупации Кашмира индийскими войсками, ни слова об их праве национального самоопределения! Иными словами, их митинг за защиту «отечества против террористических угроз» идет рука об руку с поддержкой своей «отечественной» оккупации Кашмира! Практически это та же политика английских «социалистов», поддерживавших владение «своей» колониальной империи или французских сталинистов, противостоящих борьбе за независимость алжирцев или вьетнамцев.
Ленин когда-то отмечал таких «социалистов»: «Социалисты должны объяснить массам, что английские социалисты, не требующие свободы отделения для колоний и Ирландии; что немецкие социалисты, не требующие свободы отделения для колоний, для эльзасцев, для датчан и для поляков, и не проводящих прямой революционной пропаганды и революционных массовых акций в борьбе против национального угнетения, которые не используют такие случаи, как инцидент в Заберне, для проведения широкой организации уличных; что русские социалисты, не требующие свободы отделения для Финляндии, Польши, Украины и т.п., ведут себя как шовинисты, как лакеи, запятнанные кровью и грязью империалистических монархий и империалистической буржуазии». [33]
Другой актуальный пример – это финский Левый Альянс, который был частью социал-демократической и экс-сталинистской Партии Европейских Левых (этот альянс недавно разделился на два вражеских лагеря). Эта партия является частью буржуазного, центристско-левого коалиционного правительства с 2019 года. Она осталась в правительстве, даже когда оно решило прекратить свой нейтральный статус и присоединиться к НАТО в 2022 году. Худшее руководство партии даже отказалось выступить против этого решения правительства. [34] Поэтому, когда партия столкнулась с массовым давлением правящего класса и его «общественным мнением», она отвергла свою долговременную оппозицию вступлению в НАТО в течение нескольких недель.
В особенности отвратительным примером публичного шовинизма является поддержка части реформистской левой колониального государства Израиль и его «права на существование». С начала войны в Газе в 2008/09 годах часть немецкой партии LINKE и австрийской KPÖ открыто поддержала израильскую армию в попытках уморить голодом и уничтожить палестинский народ.